22:58
Дневник Запись 16567 медиа подтверждено
Что у вас сегодня с вашей всемирной паутиной творится? У меня она полдня не работала. И сейчас еле вошел...
Что у вас сегодня с вашей всемирной паутиной творится? У меня она полдня не работала. И сейчас еле вошел...
Да и вообще день тяжелый вышел: чего только сегодня не было! Но зато кое-что я узнал. Наконец! Сейчас все по порядку расскажу.
Когда после завтрака мы шли тренировочный зал (он в другом корпусе находится, надо по открытому гульбищу идти), нам навстречу из-за колонны вывалился Лаврен. Вроде как случайно. Но клянусь Вароком, я почуял, что он нас нарочно дожидался. Смотрит насмешливо, а в глазах тревога. Спрашивает: "Нашли вход?" Будто про сапоги интересуется на базаре. Мы переглянулись. А он продолжает: "Вы ищете дверь. А вход - это не дверь. Вход там, где земля дышит". И резко так ушёл, только полой плаща хлестнуло на ветру. И у Румана вид был нехороший - словно что-то понял, что мы ещё не догнали.
На боевых искусствах у нас опять были препятствия - барьеры всякие, щиты, перекладины. Бегали на время. Ярко пару раз занесло на повороте, даже Санко его обогнал.
На перемене Никефору с Деметрием пришлось опять ковырять снег у двери в трапезную - позёмка нанесла за ночь порожек снежный. Евстатий напевал что-то рамейское, а Урко ворчал, что "зима всем работу удваивает".
На мифологии Раймонд рассказывал как рамеи обрели своего Спасителя. Я уж про это давно знаю, поэтому слушал вполуха. Думал про слова Лаврена. Видать, Раймонд это приметил и вызвал меня к доске. И начал гонять вопросами: какие боги были у рамеев до Спасителя - ремесленные, морские, ну и так далее. Я ответил, хоть и путался иногда. А Раймонд в конце сказал: "Когда люди теряют богов, они ищут один смысл". А я подумал: вот наши боги от нас сбежали, может, нам тоже пора найти один смысл?
На обеде Рагвор угостил всех калиточками - горячими, с брусникой. Ну, у вас это, кажись, десерт называется.
А на биологии у Эразмия опять изучали, как магические существа переживают зиму. У шуршака глаза зимой становятся ярче обычного и окрашиваются в голубой цвет. Так-то они у него зеленые. Искорницы зимой вокруг себя создают светящееся облако. В этом облаке им тепло, поэтому в спячку они не впадают. Красивые они!
После уроков мы пошли поиграть в мяч. В сад. Снег утоптали, ворота обозначили. Весело было, пока мяч не укатился к самому краю площадки. А Руман вдруг остановился, побледнел, схватился за голову и выдохнул: "Слишком громко…" И осел в снег. Я только шаг сделать успел, а Санко с Ярко уже подхватил его. Ярко крикнул кому-то бежать за Арборисом, Урко тотчас сорвался с места… А у меня внутри всё упало от страха.
Факультатив прошёл как в тумане. Светозар ставил тройки из разных классов - Санко выпало с Туркой и Амодихом. Надо было ходить по кругу, удерживая искры на ладони. Светозар говорил тихо. Я толком ничего не запомнил, кроме его фразы: "Силой должно повелевать сердце, а не страх".
На хозработах нас отправили на скотный двор. Таскали вёдра с кормами в гусятник - с Ратшей и Гаспархом. Одна гусыня всё пыталась нас ущипнуть. В другой раз я б подурачился, но тут совсем не до того было.
А потом сразу побежали в лекарню - к Руману. Там Элинка была. Руман уже пришел в себя. Арборис проверял ему зрачки, пальцами держал за виски, задавал вопросы. При нас сказал, что это от переутомления. Но когда мы остались одни… Руман тихо сказал: "Там, внизу, что-то... вздохнуло".
После ужина я сидел в гостиной. Элина штопала перчатку Илиодору, Евстатий тихо напевал, Ярко рассказывал, как искорница цапнула его за рукав. А я решил: хватит ждать!
Когда вернулся в келью, вызвал Есеню. Он сперва завозмущался, начал скакать как заведенный: "Демид сказал - жди, да!" Но когда услышал про Румана, сразу осёкся: "Ладно… Пошли", сказал.
И повёл по длинным коридорам куда-то в дальний конец учебного корпуса. Наконец, мы добрались до старого чулана. Есеня отворил его, там темно - и вдруг Демид из-за бочек вышел. Посмотрел на взъерошенного Есеню, на меня. И ничего лишнего болтать не стал, даже ругаться. И прямо сказал: под всей Академией есть огромное подземелье. То старое здание, про которое нам сказали, что это хранилище - было входом в него. Но как-то раз туда проникло сущее зло, и Светозар был вынужден обрушить вход. Ну, навроде как замуровать это зло в подземелье. Потом долго творили всякие обряды, и, говорят, погрузили это зло в забытье. Но весной что-то стрялось, и зло это, похоже, проснулось. И Руман, видать, чувствует его. И повторил опять: не лезьте туда, это опасно!
Теперь я решил, что завтра надо говорить с Арборисом. А потом… может быть, и с самим Светозаром.
Вложения
Медиа публикации 7
ФотографияФайл найден в исходном архиве; web-копия ещё не создана
ФотографияФайл найден в исходном архиве; web-копия ещё не создана
ФотографияФайл найден в исходном архиве; web-копия ещё не создана
ФотографияФайл найден в исходном архиве; web-копия ещё не создана
ФотографияФайл найден в исходном архиве; web-копия ещё не создана
ФотографияФайл найден в исходном архиве; web-копия ещё не создана
ФотографияФайл найден в исходном архиве; web-копия ещё не создана
Канонический источник
Открыть оригинал в VK ↗ Текст и дата сверены с выгрузкой оригинальной публикации.